Краснов Василий Тимофеевич, прапрадедушка Григорьян Арины, родился в 1903 году в хуторе Красновка, Каменского района Ростовской области.

В первый день войны он был призван на фронт, дома остались жена и двое маленьких сыновей.  Вместе с ним на фронт ушли два его младших брата,  Николай и Иван, которые обзавестись семьями еще не успели.

Прапрадед служил в артиллеристских войсках.

В 1941-42 годах Красная армия пыталась прорвать рубеж «Миус-фронта», на одном из его участков, в январе 42-го Василий попал в плен.  В условиях постоянных боев случались перебои с доставкой снарядов для орудий, их подразделение попало в окружение тяжелой немецкой техники, снаряды закончились, новые подвести не успели.   В то время даже винтовки артиллеристам выдавались одна на пятерых, и солдаты остались практически безоружны. Командование отдало приказ сдаваться. 

В январе 1942 года ужасы войны сменились ужасами концлагеря.  Поначалу пленных долго держали в обычных ямах, их не кормили и иногда  скидывали вниз гнилую капусту и очистки овощей, многие не выдержав голода (особенно молодые солдаты) жадно бросались  на еду пытаясь насытиться, из-за этого многие умирали от заворота кишок. Затем выживших переселили в бараки, откуда каждый день их выгоняли на тяжелые работы. Над пленными издевались, их избивали, не кормили, особенной жестокостью отличались молодые немецкие солдаты. Солдаты постарше были более благосклонны, иногда конвоируя группу пленных на работы, двоим из них позволяли уйти в ближайший город просить еду у местных жителей, к вечеру пленные должны были вернуться к воротам концлагеря, если бы хоть раз они не вернулись вся группа их товарищей попала бы на расстрел.

Пережив плен, домой после войны Василий не попал, как бывшего военнопленного его отправили в спец. поселение Молотовской области, в пос. Половинка, на добычу угля. В этом поселении проживали политзаключенные с 1920 года: бывшие кулаки, переселенцы с Крыма, советские немцы и другие.

В 1954 году, спец. поселения были расформированы, мой прапрадед был реабилитирован, признан ветераном войны и смог вернуться на родину. 

Его родные братья Иван и Николай погибли. Иван пропал без вести в 1942, в этом же году от ран в военном госпитале скончался Николай.  Только за один год войны их мать получила три страшных известия (Василий до конца войны числился пропавшим без вести).

Несмотря на все ужасы, которые пришлось пережить моему прапрадеду, он оставался очень жизнелюбивым и добрым человеком, особенно он любил детей, пытаясь окружить своих внуков и правнуков постоянной заботой и вниманием.

Моя мама написала стихотворение о семье моего прапрадеда, которым я хочу с вами поделиться.

Там, где песен казачьих разливы…

Посвящается семье прадеда – Анне,  Ивану, Николаю, Василию Красновым.

Там, где песен казачьих разливы,                                      

Где ковыль обдувают ветра,                                                         

Где прославленный Дон кропотливо

Омывает свои берега,

 

Среди хутора в курене старом,

У давно обветшавших ворот,

Глядя в след  улетающим стаям,

Сыновей мать отчаянно ждет.

 

Позвала их с собою дорога

В летний солнечный день, поутру,

Всех троих увела от порога,

Всех троих забрала на войну.

 

Ни привета, ни писем, ни строчки,

Нет вестей с огневой стороны,

 - Дорогие, родные сыночки,

Возвращайтесь скорее с войны.

 

Я вам царский обед приготовлю,

Напою ключевою водой,

Приласкаю, согрею, умою,

Поскорей возвращайтесь домой.

 

Заждались вас поспевшие нивы,

Лодки высохли на берегу,

Стихли звонких ручьев переливы,

Стихли песни на тихом Дону.

 

Так за днями тянулись недели,

За неделями шли месяца,

А раскаты все ближе гремели,

Подбиралась к воротам война.

 

Ожидания были напрасны,

Враг входил в каждый запертый дом,

И от пролитой крови стал красным,

Помутнел, помрачнел тихий Дон.

 

Мать терпела, со всею страною

Сжав последнюю волю в кулак,

Твердо верила в силу сыновью,

В крепость духа советских солдат.

 

И повержен был враг! …Понемногу

Начал хутор вставать из руин,

И весною к родному порогу

Из троих возвратился один.

 

Он пришел в запыленной шинели,

С непокрытой седой головой.

- Здравствуй мама, бои отгремели,

Я живой, я вернулся домой!

 

И как видно теперь мне придется

За троих в поле травы косить,

И воды ключевой из колодца,

За троих мне придётся испить

 

И верхом рассекать степной ветер,

Сеять хлеб и растить сыновей,

За троих мне теперь жить на свете

Быть опорой отчизне своей.

 

Сколько вас у великого Дона,

Без имен, без высоких чинов,

Не склонившихся, непокорённых,

Не вернувшихся к дому сынов.

 

Там где песен казачьих разливы,

Где сирень пышно в мае цветет,

Глядя в сонную даль терпеливо,

Сыновей мать по-прежнему ждет…